Вторник, 19.10.2021, 15:32
МЕДВЕДЕВУ.РУ
Обращения Регистрация Вход
Приветствую Вас, Гость · RSS
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
Рубрики
  • Обращения
  • Новости
  • В России и в мире
  • Информация о сайте
  • Форум
  • Группа "ВКонтакте"
  • Связь с администрацией
  • К сведению
  • Письмо не опубликовано?
  • Осторожно: "эксперты"!


  • Опрос
    Самая проблемная сфера в России, по-Вашему:
    Всего ответов: 2684
    Сообщество
    Архив писем
    Из форума
  • Нарушение прав работников предпенсионного возраста в ЦКБ (0)

  • А как можно написать Д.А.Медведеву (0)

  • Круглый стол с академиками (1869)

  • Генератор Тарасенко (73)

  • Глобальное изменение климата (30)

  • Календарь
    Объявления


    Статистика

    Онлайн всего: 4
    Гостей: 2
    Пользователей: 2
    Kolyafonse, beverleyty11
    Карта посещений
    Locations of visitors to this page
     
    Главная » 2010 » Февраль » 8 » Причина дедовщины – несовершенство военного законодательства
    Причина дедовщины – несовершенство военного законодательства
    10:40
       Армия должна готовиться к войне в условиях максимально приближённых к боевым: угроза смерти, круглосуточная деятельность на любой местности и в любых метеоусловиях, отсутствие нормальных бытовых условий и питания, запредельные физические и психологические нагрузки. Это очень тяжело, поэтому, ни сознательность, ни даже высокое денежное содержание (если оно будет) не могут заменить эффективную систему принуждения к исполнению обязанностей военной службы.
       Для этого должно быть особое военное законодательство. Дисциплинарные права командиров должны соответствовать нормам послевоенного Дисциплинарного устава 1946 года. Особенно в части ареста – это, часто, единственное средство для удаления «паршивой овцы» из подразделения, которое «всё стадо портит». И уголовное преследование здесь ни при чём. Иначе, верх в коллективах берут неофициальные лидеры, как правило, уголовного плана.
       Командиры, как официальные лидеры воинских коллективов, в условиях бесправия ничего не могут противопоставить им кроме противоправных методов, за что и несут ответственность. Поэтому, каждый из них стоит перед выбором: либо готовить подчинённых к войне, рискуя попасть под суд; либо пусть всё катится само собой, хоть поубивают солдаты друг друга (сами и «сядут»). Отсюда и нежелание служить молодых офицеров. Подъёмом денежного содержания можно задержать в армии только вторых из них, но пользы от этого мало, - они сами профнепригодны.

       Эти тезисы можно подтвердить высказываниями известных военных деятелей, опытом войн и научными данными.
       Так, например, известный военный стратег и историк Вегетий, которому принадлежит известное высказывание: «Si vis pacem, para bellum» («Если хочешь мира, готовься к войне»), так же указывал, что: «Немногие рождаются смелыми; многие становятся ими после тренировок и дисциплины». Поэтому тренировки в условиях максимально приближённых к боевым – это средство не только научения, но и, главное, воспитания смелости. Без преодоления страха смерти солдат не может участвовать в бою.
       Горький опыт 1941 и 1942 годов подтверждает это. О состоянии воинской дисциплины в начальном периоде Великой Отечественной войны можно судить, например, по некоторым документам того периода.
       Начальнику ГУ политпропаганды КА армейскому комиссару 1 ранга тов. МЕХЛИСУ 17 июля 1941 г.: "...Исключительно велико число дезертиров. Только в одном 6 ск за первые 10 дней войны задержано дезертиров и возвращено на фронт 5000 человек. … По неполным данным заградотрядами задержано за период войны около 54000 человек, потерявших свои части и отставших от них, в т.ч. 1300 чел. начсостава. (Начальник Управления политпропаганды ЮЗФ бригадный комиссар МИХАЙЛОВ).
       Из донесения начальника Можайского сектора охраны Московской зоны о задержании военнослужащих от 20 октября 1941г. Члену ВС Запфронта тов. Н.А.БУЛГАНИНУ: "Можайским сектором Охраны Московской зоны, созданной по решению ГКО, за время работы с 15 по 18.10.41 г. задержано 23 064 чел. военнослужащих КА. Из этого количества задержанных 2 164 чел. являются лицами начсостава.
       (Начальник МСОМЗ майор гб ЛЕОНТЬЕВ).
       Подобное положение с дисциплиной лишало армию каких-либо возможностей успешного противостояния агрессору. Появляется печально известный Приказ № 270:
       ПРИКАЗ Ставки ВГК КА №270 от 16 августа 1941 г.
       ПРИКАЗЫВАЮ:
       1. Командиров и политработников, во время боя срывающих с себя знаки различия и дезертирующих в тыл или сдающихся в плен врагу, считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров.
       Обязать всех вышестоящих командиров и комиссаров расстреливать на месте подобных дезертиров из начсостава.
       Попавшим в окружение врага частям и подразделениям самоотверженно сражаться до последней возможности, беречь материальную часть как зеницу ока, пробиваться к своим по тылам вражеских войск, нанося поражение фашистским собакам.
       2. Обязать каждого военнослужащего независимо от его служебного положения потребовать от вышестоящего начальника, если его часть находится в окружении, драться до последней возможности, чтобы пробиться к своим, и если такой начальник или часть красноармейцев вместо организации отпора врагу предпочтут сдаться ему в плен – уничтожать их всеми средствами, как наземными, так и воздушными, а семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишать государственного пособия и помощи.
       Ставка ВГК: Председатель ГКО И.СТАЛИН, Зам. Пр. ГКО В.МОЛОТОВ, Маршал Сов. Союза С.БУДЁННЫЙ, Маршал Сов. Союза К.ВОРОШИЛОВ, Маршал Сов. Союза С.ТИМОШЕНКО, Маршал Сов. Союза В.ШАПОШНИКОВ, Генерал армии Г.ЖУКОВ.

       Обращает на себя внимание тот факт, что семьи военнослужащих, в соответствии с данным приказом, становились заложниками государства, на которых обрушивались не заслуженные ими репрессии.
       Дальнейшее развитие репрессивный подход к поддержанию дисциплины получил в знаменитом приказе № 227 от 28 июля 1942 года, получивший название «Ни шагу назад». В нём было указано, что «население страны… теряет веру в Красную Армию, а многие из них проклинают Красную армию за то, что она отдаёт наш народ в ярмо немецких угнетателей, а сама утекает на восток… Чего же у нас не хватает? Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток… Нельзя терпеть дальше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции».
       По этому приказу на фронтах создавались штрафные офицерские батальоны, куда попадали офицеры, допустившие самовольный отход войск. Эти батальоны бросали на самые тяжелые участки. В каждой армии создавались по 3-5 хорошо вооружённых заградительных отряда, которые, располагаясь в непосредственном тылу дивизий, должны были «в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникёров и трусов».
       Многие военачальники и политработники того времени говорили, что этот приказ сыграл положительную роль. А вот маршал Г. К. Жуков со своей стороны назвал его позорнейшим, незаслуженно порочащим боевые и моральные качества наших солдат, офицеров и генералов, возлагающим на них всю вину за сдачу врагу огромных территорий Советского Союза: «Я считаю, это сделано с целью отвести от себя вину и гнев народа. За неподготовленность и допущенные ошибки в руководстве войсками от Ставки до дивизии включительно».
       Трудно не согласиться с оценкой полководца. Однако суть проблемы не только в ошибках руководства от Ставки до дивизии включительно в части военного искусства. Но и в том, что состояние дисциплины в РККА, как показала война, не соответствовало предъявляемым требованиям. Поэтому, действуя по принципу «цель оправдывает средства», военно-политическое руководство вынуждено было ввести варварские методы её поддержания.
       Хотим ли мы повторения подобного в будущей войне? Очевидно, что нет.
       Что же делать? Надо в мирное время обеспечить возможность подготовки войск к ведению боевых действий в условиях максимально приближённых к боевым, дав соответствующие административные полномочия командному составу по принуждению военнослужащих. Какими они должны быть? Очевидно такими, которые подтверждены опытом войны. В таблице 1 (см. рис.) указаны основные дисциплинарные взыскания, налагаемые на лиц рядового состава и права должностных лиц по их применению.
       Из данных таблицы видно, что положения нынешнего Дисциплинарного устава близки к первому его предшественнику 1919 года, принятому на воле революционного отрицания уставов царского периода. Однако, разложение армии, неэффективность её строительства в межвоенный период и проявившиеся проблемы в военных конфликтах и в Великой Отечественной войне, потребовали изменений. Затем длительный послевоенный мир и потребность подтвердить правильность партийной политики о повышении сознательности масс, привели к ограничению административных полномочий командного состава в отношении подчинённых, - в результате получили дедовщину.

       Чем же объективно характеризуется обстановка, максимально приближённая к боевым? Почему требуются столь жёсткие меры принуждения к личному составу?
       Например, по данным проведённого в своё время исследования влияния физической нагрузки в ходе войсковых учений на боеспособность военнослужащих, среднесуточные энергозатраты военнослужащих воздушно-десантных и мотострелковых войск в ходе учений в зоне умеренного климата в летне-осеннем периоде составляют от 4785 до 6960 ккал/70 кг, что соответствует нормам нагрузки для труда максимальной степени тяжести или чрезмерного труда. При калорийности выдаваемого пайка в 3000 ккал/сутки к концу 8-х суток учений это приводит к снижению веса военнослужащих примерно на 4 кг.
       Условия учебно-боевой деятельности от 50 до 75 процентами военнослужащих (в зависимости от уровня физической тренированности) оцениваются как «с трудом переносимые» или «мучительные», что требует для подавляющего большинства из них (от 80 до 90 процентов) значительного или крайнего напряжения волевых усилий. В результате – до 90 процентов военнослужащих находятся в апатичном, раздражительном, унылом или тревожном состоянии.
       Насколько хватит терпения для стойкого перенесения этих тягот и лишений даже сознательными военнослужащими?
       В части прав командного состава по наложению взысканий, мы имеем сейчас даже более «гуманный» дисциплинарный устав, чем первый послереволюционный 1919 года.
       Однако проблема в том, что сущность вооружённой борьбы в войне остаётся неизменной – физическое уничтожение противниками друг друга. Борьба не на жизнь, а на смерть. И побеждает тот, кто лучше подготовлен. А подготовлен лучше будет тот, кто готовится в условиях максимально приближённым к боевым, которые, как уже указывалось, подавляющим большинством военнослужащих оцениваются как «с трудом переносимые» или даже «мучительные». Но переносить их надо, поэтому меры принуждения должны быть соответствующими. Иначе гуманизм мирного времени обернётся смертью в бою.
       Какой выход? Видимо, признать, что природа человеческого бытия сильнее наших благих пожеланий. Не мы, а она определяет правила жизни. Мы вольны им следовать или нет. Но и последствия будут соответствующими. Поэтому выбор прост: либо мы согласны на ущемление демократических прав наших сыновей в Вооружённых Силах в мирное время, либо готовимся их отпевать в случае войны.
      Неуставные взаимоотношения в Вооружённых Силах основным своим источником имеют несоответствие установленного порядка, максимально (или более менее) приближённого к боевым, и системы мер, принуждающих его соблюдать. Без разрешения этого противоречия не может быть решена и проблема неуставных взаимоотношений.
       Иначе возникает система круговой поруки-зависимости. Когда солдат грубо нарушает установленный порядок службы (ведь он «с трудом переносим» или даже «мучителен»), то, при отсутствии адекватных действенных мер административного принуждения, его командир оказывается перед выбором: либо привлечь нарушителя к уголовной ответственности, либо наказать его в неустановленном порядке. А наказать надо, иначе и другие военнослужащие перестанут соблюдать установленный порядок (всем нелегко). И наказывает. И оба удовлетворены (как правило). Один, – что не посадили. А другой, – что нарушение пресечено, и наказание сыграло воспитательную роль, в том числе и в отношении других военнослужащих, следовательно, в целом порядок только укрепился. Но перед законом они оба оказываются преступниками.
       При этом в основе этой дилеммы лежит либо жалость командира, не желающего ломать жизнь в целом нормального молодого парня, либо противодействие старших начальников, озабоченных «плохими» показателями. Поэтому – даже снятие ответственности с командиров за плохие показатели состояния воинской дисциплины не решают проблему. Более того, это провоцирует возможность их самоустранения от поддержания должного порядка: доложил, а там пусть голова у старших начальников болит. Сегодня доложил об одном нарушении, завтра о двух, потом о трёх и, наконец, о том, что никто ничего не исполняет. Вот он такой хороший, а все его подчинённые плохие. Тут уже старшие начальники вынуждены искать ему замену, а её нет. Так на практике сегодня часто и случается. Даже изначально желающий добросовестно не за страх, а за совесть служить молодой офицер в сложившейся ситуации делает выбор не в пользу продолжения службы. Тем более, что ему физически и морально не легче, чем солдатам, а денежное содержание и прочие льготы давно уже не предел мечтаний в нашем обществе (генерал получает меньше водителя общественного транспорта в г. Москве). Поэтому в армии постоянный некомплект младшего офицерского состава и воспитанием солдат занимаются такого же уровня подготовки «воспитатели» – офицеры запаса, призванные на два года на действительную военную службу после окончания гражданских вузов, и также считающие дни до её окончания.
       Однако есть и такие молодые офицеры, которые вопреки объективно сложившимся условиям, возможно в силу недопонимания тупиковости ситуации, с энтузиазмом служили и служат, разрешая проблемы с юношеским максимализмом – если не получается по закону, то по понятиям (не обязательно лично). Если при этом им удаётся оставаться в рамках справедливости, то внешне в подразделении всё нормально, никто ни на что не жалуется (работает система «круговой поруки-зависимости»). И только, если случается что-либо из ряда вон выходящее (смерть, тяжёлая травма) – в ходе их расследования раскрывается целый букет нарушений, и, соответственно, этот офицер несёт всю полноту положенной по закону ответственности. Получает судимость. И даже если она условная, и он остаётся на военной службе, то карьера его погублена, и он пополняет ряды тех, кому всё равно, что творится в подразделении (доложил, а там хоть трава не расти).
       При таком равнодушии младших офицеров казарма оказывается во власти неформальных лидеров. В силу подмеченной психологами и социологами закономерности коллективного поведения, отражённой в известном тезисе, что «паршивая овца всё стадо портит», в воинских коллективах начинает доминировать криминал, и отнюдь не в интересах подготовки военнослужащих к действиям в боевых условиях.
       Особо следует сказать об аресте, как самой строгой из мер взыскания, которую ранее имели право накладывать командиры своим решением. Его суть не в сопутствующей тяжести физических и моральных страданий, – они значительно легче тех, которые вынуждены переносить военнослужащие в ходе боевой подготовки, особенно в осенне-зимне-весеннее время (частыми были случаи, когда военнослужащие специально «нарывались» на арест, если подразделению предстоял выход в поле), – а в устранении злостного нарушителя из подразделения с целью исключения его дурного влияния на других военнослужащих. Попытка сохранить эту функцию в действующем уставе, применением «задержания» неадекватна ни по эффективности, ни по возможности реализации. Очевидно, она введена как аналогичная мера, применяемая милицией, – уголовно-процессуальное задержание до 72 часов по подозрению в преступлении, в рамках которого должно быть возбуждено уголовное дело, но это совсем другая история.
       В результате: в войсках сложилась ситуация вяло текущего саботажа исполнения обязанностей военной службы. Ни о какой подготовке военнослужащих в обстановке максимально приближённой к боевой речи уже не идёт. Но тогда вопрос, зачем такая армия вообще нужна?
       Если она не обеспечивает требуемую войной подготовку граждан в мирное время, и с началом войны их будет учить противник (1941–1942 гг.), то не проще ли вообще от неё отказаться и ограничиться только оргядром (те же соединения и части сокращённого состава и кадра, упраздняемые по новой концепции строительства ВС РФ), который обеспечит её развёртывание в угрожаемый период и погонит её «на убой», как уже было? И это ещё не худший вариант, если будет обеспечена высокая профессиональная подготовка этого оргядра в части военного искусства. Иначе просто зря положат людей, что тоже было. Те же «ошибки в руковод¬стве войсками от Ставки до дивизии включительно», о которых говорил Г.К. Жуков, в результате которых к декабрю 1941 года мы потеряли всю армию мирного времени (более 4 млн. чел.) со всем её вооружением, а к лету 1942 года при таких же потерях откатились до Волги. Только к 1943 году командующие и штабы научились бить противника, но какой ценой? Любой! Поэтому потери не только не сократились, а даже возросли. По данным Генерального штаба в каждые сутки всех четырёх лет войны на фронт поставлялось в среднем 24 000 человек. Обратно возвращались только раненые, больные и похоронки.
       Такова «цена вопроса» проблемы воинской дисциплины в мирное время.
       Без решения этой проблемы не могут быть решены проблемы боевой подготовки войск и повышения уровня военного искусства командного состава, занимающегося в настоящее время решением неразрешимой в рамках установленного порядка проблемы.

    С уважением,
    бывший доцент расформированной с 1 декабря 2009 года кафедры
    стратегии Военной академии Генерального штаба ВС РФ,
    кандидат военных наук, полковник ВАККАУС Маркс Феликсови


    Просмотров: 2812 | Добавил: m-vakkaus | Рейтинг: 0.0/0 | |



    Всего комментариев: 1
    0  
    1 pesnilarinaS   (06.07.2010 09:49) [Материал]
    Маркс, прочитал внимательно. Образ мыслей у тебя так и не изменился. Забавный ты человек, но жизнь слишком короткая штука. Хотелось бы, чтобы ты всё-таки понял, что в жизни есть более важные вещи, чем умозрительность. С уважением, Сергей Ларин.

    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    МЕДВЕДЕВУ.РУ © 2021